Шорыкйол: пожелания благополучия на новый круг года

У зимних праздников есть особая смелость: они говорят о будущем тогда, когда вокруг меньше всего света. Шорыкйол в марийской традиции хочется читать именно в этой интонации — как время надежды, пожеланий благополучия и праздничного общения. Важна не попытка уверенно угадать грядущий год, а готовность встретить его не в одиночку. Уже одно это делает обычай по-человечески убедительным.

Праздничное ожидание меняет даже знакомые слова. Пожелание, которое в будний день прозвучало бы мимоходом, получает особый вес. У него появляется слушатель, обстоятельства, настроение. Так обряд помогает не изобрести чувство заново, а выделить для него место. Мы не всегда умеем говорить близким о добром отношении прямо; традиционная форма иногда даёт для этого необходимую опору.

Традиция в деталях

Шорыкйол (луговомар. Шорыкйол, буквально «овечья нога», калька с чув. Сурхури) — марийский традиционный праздник, представляет собой комплекс обрядов, направленный на обеспечение благополучия семьи, хозяйства, увеличение числа будущего урожая, домашних животных.

Праздник начинался в пятницу (кугарня), за несколько дней до православного Рождества (Рошто), и продолжался всю неделю. Со временем сроки проведения Шорыкйол стали совпадать с Рождеством. Основные обрядовые действия выполнялись в первый день праздника. Этому дня сопутствовали различные приметы и поверья, предсказывающие погоду на весну и лето, запреты, гадания.

Распространённым обычаем у марийцев было сооружение снежных кучек (лум каван, шорыкйол каван) на озимом поле и на гумне в виде стогов с целью получения большого количества кладей хлеба. В один из дней праздничной недели в каждой семье устраивались моления в честь праздника Шорыкйол и духов—покровителей семьи, домашнего скота. Желанным событием праздничного досуга было посещение домов ряжеными (мӧчӧр, кара). В образах ряженых Васликува-кугыза («старик Василий и его старуха») марийцы видели предсказателей судьбы и свято верили в исполнение их предсказаний. Ряженые производили своеобразную проверку трудовой деятельности домохозяев, особое внимание обращали на выполнение и соблюдение утверждённых предками норм и правил семейной и хозяйственной жизни. Существенную роль во время праздника играла обильная обрядовая еда, символизировавшая плодородие земли, богатый урожай, благополучие в семье. В число обязательных блюд входили запечённая баранья голова (тага вуй), пельмени с мясом (шыл подкогыльо), блюда из конопляных семян, сладкие орешки из теста (шорыкйол пӱкш). Одним из интересных моментов во время праздника были девичьи угощения, называемые ӱдыр пура (девичье пиво), или ӱдырсий (девичий пир), устраиваемые девушками этнографической группы шымакшан марий. Угощение жителей селения в складчину, по поверью, играло важную роль в обеспечении счастливой жизни сельчан на весь год. Большое место в праздничной обрядности занимали игры. В доме модыш пӧрт (дом для игр) молодёжь играла в старинные игры сокыр—тага (слепой баран), ний кучен (лычки), туп перен (щелчки), а старики и дети проводили время за слушанием сказок, загадыванием загадок.

Ряженье меняет привычное узнавание: знакомый человек появляется в новом образе, и вместе с ним меняется настроение встречи. Важно не только то, кого изображают, но и возможность совместно поддержать игру. Участники соглашаются ненадолго посмотреть на обычную жизнь иначе. В этом есть радость воображения, которой часто недостаёт взрослой повседневности. Когда такой эпизод вспоминают спустя годы, памятным оказывается не идеальное соблюдение сценария, а чувство общего веселья и ожидания.

Сходство названий и отдельных действий у соседних народов не отменяет различий. Марийский Шорыкйол следует рассматривать в его собственном языковом и семейном контексте.

В описаниях зимних обычаев встречаются игры, гадания и представления о будущем урожае и семейной судьбе. Их интересно понимать как язык надежд, а не как надёжную технологию предсказания. За вопросом о том, что случится, часто скрывается желание почувствовать почву под ногами. Это узнаваемое переживание не исчезло с изменением быта. Поэтому старые формы могут трогать даже того, кто совсем не разделяет соответствующих верований.

Не менее важна праздничная игра. Она позволяет на время выйти из привычной серьёзности, увидеть знакомых иначе, посмеяться вместе. Но игра действительно объединяет только там, где людям хорошо участвовать. В современном знакомстве с обычаем особенно хочется сохранять эту добровольность. Уважение к традиции и уважение к участнику должны поддерживать друг друга, а не вступать в спор.

Марийская культура не исчерпывается одним зимним праздником, как и сам Шорыкйол не сводится к единственной реконструкции. В разных местах сохранялись свои детали и объяснения. Внимание к ним защищает обычай от превращения в удобную открытку. Намного интереснее услышать конкретный рассказ: как называли действия, кто приходил, что запомнилось детям, какие слова повторяли старшие.

Семейная память часто устроена не по разделам справочника. Человек может забыть точную последовательность и зато прекрасно помнить голос, ожидание у двери, смех в определённый момент. Такие воспоминания не заменяют исторического исследования, но добавляют то, чего не хватает сухому описанию: ощущение пережитого времени. Их стоит записывать вместе с именем рассказчика и местом, к которому относится история.

Нам близок этот праздник как защита права надеяться. Не требовать от календаря чудес и не обещать себе безоблачную жизнь, а пожелать друг другу доброго года всерьёз. В таком пожелании есть работа сердца: заметить чужие заботы, поддержать, дать почувствовать связь. Ради этой человеческой щедрости зимние традиции и хочется беречь — с любопытством к подробностям и без холодного снисхождения к прошлому.

Источник справочных фрагментов: Википедия, «Шорыкйол», соавторы статьи. Фрагменты отобраны и сокращены; редакционные вводные и пояснения — Джанидея. Текст доступен по лицензии CC BY-SA 4.0.