ЭСБЕ/Обжинки

Обжинки. — В России и в некоторых других странах по окончании жатвы женщины сплетают из хлебных колосьев венок и одна из них, самая красивая, несет этот венок на голове к хозяину поля, в сопровождении подруг, распевающих песни о том, что жатва благополучно кончена и что хозяин должен угостить потрудившихся жниц. Хозяин — в старое время большей частью помещик — угощал жниц водкой; венок сохраняли до ближайшего посева, когда из венка выколачивали зерна, и при посеве бросали их первыми. В обжинковых песнях сохранились воспоминания о крепостном быте: похвала пану, легкая насмешка над жницами соседнего пана, порицание эконома. Большинство обжиночных песен, видимо, сложено женщинами и отличается мягкостью, задушевностью и важностью. Встречаются местами прекрасные, художественные описания природы. Обжинковые песни славянских народов весьма сходны между собой. Обрядовое употребление венка на О. ныне редко встречается, но в старое время оно было свойственно всем славянским народам. В малорусских песнях венок называют «Пелехатым», т. е. кудрявым, золотым. Местами венок катают по полю (кое-где в Малороссии), местами прячут за киотом (в Белоруссии). Вместо венка в Германии сохраняют последний обжиночный сноп. В Англии, в конце прошлого века, дожиночный сноп наряжали, с песнями несли домой и хранили до следующей жатвы. Из обжиночных обрядов самый характерный — завивание бороды («Спасова борода»). Обычай этот и ныне весьма распространен в Малороссии, Белоруссии, Великороссии, встречается в Австрии, Германии и Англии. По окончании жатвы оставляют несжатой горсть жита, которую связывают в пучок, украшают цветами или лентами и нагибают колосьями к земле. Кругом «бороды» вырывают траву и зарывают в землю несколько зерен, взятых из колосьев бороды. Жницы бросают при этом через голову зерна и поют песни в честь бороды. Из песенного выражения: «отце тоби, борода, хлиб, силь и вода», видно, что прежде, местами, бороде приносили жертвы. В основе обряда лежит древнее поклонение полевому духу, как подателю плодородия. С этим связано немецкое поверье, что скосивший последний колос может поймать демона. Об обжинковых обрядах и поверьях см. Mannhardt, «Baumcultus»; Мандельштам, «Опыт объяснения обычаев»; Афанасьев, «Поэт. воззрения славян» (III); Спенсер, «Описат. социология» (I, 179 и др.); «Этнограф. Обозрение» (1889, кн. III). Песни обжиночные — в сборниках Чубинского («Труды этн.-стат. экспедиции», т. III), Головацкого («Галиц. и Угор. песни», IV т.), Терещенко («Быт рус. народа», т. V), Kolberg (в I т. «Pokucie»), Коперницкого (в XI и XII т. «Zbiòr Wiadom.»), Ястребова («Сербск. песни», стр. 173). Н. С—в.